Поиск в ArtWizard

Абстрактные яркие краски Василия Кандинского...

Абстрактные яркие краски Василия Кандинского...

ArtWizard 30.09.2019

 

«Каждое произведение искусства - дитя своего возраста и, во многих случаях, мать наших эмоций».

Один из пионеров абстрактного современного искусства, Василий Кандинский, использовал вызывающую воспоминания взаимосвязь между цветом и формой, чтобы создать эстетический опыт, который привлек внимание, звук и эмоции публики. Он считал, что полная абстракция дает возможность для глубокого, трансцендентного выражения и что копирование с натуры только мешает этому процессу. Вдохновленный созданием искусства, которое передавало универсальное чувство духовности, он разработал изобразительный язык, который только слабо связан с внешним миром, но выразил объемы о внутреннем опыте художника. Его визуальный словарь развивался через три фазы, переходя от его ранних, репрезентативных полотен и их божественного символизма к его восторженным и оперным композициям, к его поздним, геометрическим и биоморфным плоским проекциям цвета.

Василий Кандинский родился 16 декабря 1866 года в Москве, в солидной семье бизнесмена и в очень хорошей культурной среде. В 1871 году семья переехала в Одессу, где его отец управлял чайной фабрикой. Там, наряду с посещением классической гимназии, юный Кандинский научился играть на фортепиано и виолончели и брал уроки рисования с учителем. «Я помню этот рисунок и чуть позже живопись вырвала меня из реальности», - писал он позже. В работах Кандинского периода его детства можно найти довольно специфические цветовые сочетания, которые он объясняет тем, что «каждый цвет живет своей таинственной жизнью». Родители Кандинского видели его в будущем как адвоката. В 1886 году он отправился в Москву и поступил на юридический факультет Московского университета.

Позже Кандинский вспомнил два события, которые повлияли на это решение: его посещение выставки французских импрессионистов в Москве в 1895 году и эмоциональный шок, который он испытал от «Стогов сена» Моне, и впечатление от «Лоэнгрина» Рихарда Вагнера в Большом театре.

В 1896 году Кандинский уехал в Мюнхен, который в то время считался одним из центров европейского искусства, и поступил в престижную частную школу живописи Антона Азбе (югославский художник), где он получил первые навыки по составлению изображений, по работе с линией и форме. Однако довольно скоро школа перестала удовлетворять его потребности. Позже художник писал: «Довольно часто я поддавался искушению поиграть с прогулами и пойти с художником в Швабинг, в Инглишен-Гартен или в парки на Изаре». В 1900 году после провала предыдущего года Кандинский поступил в Мюнхенскую академию художеств и учился у Франца Штука, «немецкого художника-графика номер один». Его учитель был счастлив, однако он считал свою палитру слишком яркой, и именно поэтому Кандинский рисовал исключительно в черно-белом спектре, «изучая форму как таковую». В этот период Кандинский познакомился с молодой художницей Габриэлой Мунтер, а в 1903 году он развелся со своей женой Анной Чимякиной.

Следующие пять лет Кандинский путешествовал по Европе, занимаясь живописью и участвуя в выставках. Вернувшись в Баварию, он обосновался в небольшом городке Мурнау на дне Альп. Это было начало этапа интенсивного и плодотворного поиска. Работы тех лет были в основном пейзажами, основанными на цветных диссонансах. Игра цветных пятен и линий постепенно вытесняла образы реальности (Ахтырка. Осень. Эскиз, 1901; Шлюз, 1901; Старый город, 1902; Синий всадник, 1903; Побережье Мексиканского залива в Голландии, 1904; Мурнау. Бейли, 1908). В это же время он обратился к русской сказочной древности, создавая пленительные образы («Русский всадник», 1902; «Русская красавица на фоне пейзажа», 1904), делая загадочные легенды о славянских деревянных городах видимыми («Русская деревня на реке с луковицами», около 1902 года; «До города» (около 1903 года).

Когда началась мировая война, Кандинский был вынужден покинуть Германию. Он и Габриэла переехали в Швейцарию, где Кандинский начал работать над книгой о «точке и прямой». К ноябрю того же года они расстались. Габриэла вернулась в Мюнхен, а Кандинский уехал в Москву. Осенью 1916 года Кандинский познакомился с Ниной Андреевской, дочерью русского генерала, и женился на ней в феврале 1917 года. В эти кризисные годы революции Кандинский чередовался между полуабстрактной идиомой, импрессионистскими пейзажами и романтическими фантазиями. В его абстрактных картинах усилилась геометризация отдельных элементов, причина этого, во-первых, в правильном процессе упрощения, а во-вторых, в авангардной художественной атмосфере Москвы того времени.

В России Кандинский был в русле послереволюционного культурного и политического развития. С 1918 по 1921 год он сотрудничал с Наркомпросом (Народный комитет по образованию) в области художественного образования и музейной реформы. 1919 и 1921 он опубликовал шесть больших статей. Будучи председателем Государственной комиссии по закупкам в музейном бюро Департамента Наркомпроса, он участвовал в создании двадцати двух провинциальных музеев. Но Кандинский оказывает наибольшее влияние как учитель московских свомасов, а затем и вхутемасом. Будучи профессором с октября 1918 года, он разработал специальную учебную программу, основанную на анализе цвета и формы, развивая идеи, изложенные в «О духовном в искусстве». Затем, участвуя в создании и управлении Московского института художественной культуры, он разработал для него учебную программу, основанную на его теории.

Однако его мнение отличалось от мнения совета института. Противники Кандинского - Родченко, Степанова и Попова выступают за точный анализ материалов, за их конструктивное расположение и оформление. Любое проявление иррациональности в творческом процессе категорически отрицалось. Кандинский, в свою очередь, решительно выступил против конструктивистских противников: «То, что художник использует 'абстрактные' методы, не означает, что он 'абстрактный' художник. Это даже не значит, что он художник. Мертвых треугольников достаточно (белых или зеленых), мертвых петухов, мертвых лошадей или мертвых гитар. Все равно, что и 'академик-реалист' может быть с такой же легкостью, как и 'абстрактный академик'. Не рука, просто пустая перчатка, полная воздухом». Непрекращающиеся атаки его коллег-художников, рассматривающих его работы как «изуродованный спиритизм» (Пунин), стали решающим фактором для Кандинского покинуть Москву в декабре 1921 года. Давление социалистической идеологии на искусство, которое в конечном итоге привело к появлению социалистического реализма, началось после 1922 года. Картины Кандинского на долгие годы не выставлялись в советских музеях.

Вернувшись в Германию, Кандинский принимает приглашение Вальтера Гропиуса, основателя знаменитого Баухауса (Высшая школа строительства и художественного проектирования), и он с Ниной переехали в Веймар, где Кандинский возглавил мастерскую фресок. Он снова учил и развивал идеи. Прежде всего, речь шла о глубоком аналитическом изучении отдельных элементов картины, в результате которого в 1926 году была создана «Точка и линия к плоскости». Кандинский также много работал и экспериментировал с цветом, применяя свои аналитические основы и выводы в своем учение. Произведения Кандинского снова претерпели изменения: отдельные геометрические элементы все чаще выходили на передний план, его палитра насыщалась холодными цветовыми гармониями, которые порой воспринимаются как диссонанс, круг используется по-разному, как чувственный символ совершенной формы. «Композиция VIII» 1923 года является основным произведением веймарского периода. Наряду с концептуальными работами, он в это время создал «Маленькие миры», богатые фантазиями, для издательства «Пропилеи» и несколько камерных «интимных» картин, таких как «Маленький сон в красном», 1925 год. Также Кандинский читал лекции и выставлялся в США, создав вместе с Фейнингером, Явленским и Клее "Голубокую четверку".

В 1934-1944 годах Кандинский вступил в свой парижский период. Художник жил и работал в одиночестве, ограничиваясь общением только со своими старыми друзьями. В это время произошла последняя трансформация его системы окраски. В Париже Кандинский не использовал комбинацию основных цветов, а работал с мягкими, утонченными, тонкими оттенками цвета. Одновременно он дополнял и усложнял репертуар форм: на переднем плане появляются биоморфные элементы, которые в пространстве картины чувствуют себя непринужденно, словно плывут по всей поверхности холста. Картины Кандинского этого периода далеки от ощущения «холодного романтизма», в них кипит и бурлит жизнь (см. Картины «Небесно-голубой», 1940, «Комплекс-простой», 1939, «Красочный ансамбль», 1938 и т.д.). Художник назвал этот период своего творчества «действительно живописной сказкой». В военное время из-за нехватки материалов форматы его картин становились все меньше, вплоть до того момента, когда художник был вынужден довольствоваться гуашью на картонах небольшого формата. И снова он столкнулся с отвращением общественности и коллег. И снова он разработал и усовершенствовал основы своей теории: «Абстрактное искусство ставит новый мир, который на поверхности не имеет ничего общего с 'реальностью', рядом с 'реальным' миром. В глубине он подчиняется общему закону 'космического мира'. Таким образом, 'новый мир искусства' сопоставляется с 'миром природы'. Этот 'мир искусства' столь же реален, как и конкретен. По этой причине я предпочитаю называть 'абстрактное искусство', 'конкретным искусством'.», сказал он.

 

Wassily Kandinsky, Circles in a Circle, 1923

 

 

Wassily Kandinsky, Composition VIII, 1923

 

 

Wassily Kandinsky, Yellow-Red-Blue, 1925

 

Wassily Kandinsky, Composition IX, 1936

 

 

Wassily Kandinsky, Various Parts, 1940

 

 

Wassily Kandinsky, Sky Blue, 1940